Page 45 - PravOs0018End.indd

ВОСПОМИНАНИЯ

Поражали наше детское воображение его рассказы о фамильной башне и о родовом склепе в горном селении,
которое являлось началом начал для всей нашей фамилии. Предание о Чермене впервые я также услышала из
уст Баба. А еще он очень часто с грустью описывал момент, как его семья, оставив свой каменный дом, навсег-
да покидала горы и уходила на равнину в поисках лучшей доли.

А с каким размахом в селе праздновали Джеоргуыба! Отец в ту пору держал достаточно большое количе-
ство скота, и каждый год на этот праздник у нас в доме закалывали бычка. К этому дню мамино пиво обычно
уже было сварено. Собирались все соседские мужчины, варилось мясо, пеклись пироги, накрывался длинный
стол. Праздничное застолье продолжалось далеко за полночь. Мужчины произносили молитвы Богу и всем
святым, вели застольные беседы. Сколько было взаимопонимания и взаимоуважения в этих неспешных муж-
ских беседах! Сегодня из участников тех памятных застолий остались только мой отец и два соседа. Осиротела
наша улица. Некому ответить на мое приветствие привычными «Арф?гонд у»; «Бир? ц?р»; «О, Фатим?, куыд
д?, куыд? Гор?ты цы хаб?ртт? ис?»

Тихий праздник Пасхи — Куадз?н — был не менее запоминающимся. Те же пироги, отварная курица
и… яйца, крашенные луковой шелухой, и возгласы «Чырысти райгас!» Традиция празднования Пасхи у осе-
тин вне церкви в период, когда мы, будучи октябрятами и пионерами, ходили строем, поистине уникальна.

Это было время отрицания и поругания Бога, время, когда людям дол-
гие годы не давали возможность вспомнить о своих духовных корнях.
И только заповедь, передававшаяся из уст в уста, от поколения к поко-
лению: «фыд?лт?й афт? баззад» («так осталось от отцов»), традиция
окрашивания яиц к Пасхе сделала ее явлением глубоко народным, хотя и
внецерковным. Именно внецерковность этой традиции и помогла ей вы-
жить и выстоять в памяти людей в годы атеизма, а в нужное время ука-
зать им дорогу к храму. А тогда я не знала, что Пасха — это церковный
праздник, не знала, что такое церковь, храм. Помню, как я спрашивала
отца каждый раз после того, как он традиционной молитвой освящал
пасхальный стол: «Афт? ц?м?н ф?дзурынц: Чырысти райгас?» («По-
чему говорят: Христос воскрес?») И мой отец-коммунист отвечал: «Фы-
д?лт?й афт? баззад».

Я помню первую свадьбу в своей жизни. Женился мой дядя — род-
ной брат матери. Невесту привезли поздно ночью. Она стояла в углу
в белом платье разг?мтт? — единственный зримый символ и тогда,
и сегодня, свидетельствующий о том, что свадьба осетинская. Неве-
ста мне казалась неземной красавицей. Лица я не помню, но весь ее
образ свидетельствовал, что в этот момент происходит что-то сакраль-
ное, таинственное — в дом приходит новый человек. Тогда это были
настоящие сельские свадьбы без современного городского «налета».
Подарки для семьи жениха, привезенные невестой, демонстрировались
не в спешке и в сутолоке, а торжественно и с подробными коммента-
риями. Свадебные ритуалы совершались в строгой последовательности
и в сопровождении свадебных песен и молитвословий. Да, сельские
свадьбы тогда были куда веселее, чем сейчас. А как танцевали стари-
ки, с чувством собственного достоинства и скромностью! Возможно, не
было уже той резвости в танцевальном шаге, в движениях, в поворотах,
но в их танце были дух, характер, история, которых никогда не смогут
передать профессиональные танцоры. Почему? Потому что ушедшему
поколению не приходилось играть, изображая из себя горцев-осетин.
Они таковыми и были. Да и молодое поколение танцевало по-другому. У
них не было нужды танцевать с наигранным неистовством и с кичливой
небрежностью, с которой сегодня выходят молодые ребята и девушки в
танцевальный круг. Стыдно было тогда танцевать разнузданно, развяз-
но, с откровенной демонстрацией себя.

Да, это была сказка. Я застала живые первоисточники — людей, ко-
торые видели и творили ту модель бытия, которую мы сегодня назы-
ваем ?гъдау. ?гъдау, который даже в советский период унификации и
попыток стереть все национальные культурные особенности выжил, но
сейчас стал для нас уже недосягаемой вершиной. Нет уже тех великих
героев великой войны в черкесках, нет тех, кто мог воспитывать детей
через живое общение, рассказывая сказки, предания, легенды… Кем ста-
нем мы для своих потомков? О чем мы им будем рассказывать?

Батраз Дзиов. «Праздничный стол». 2010-2012 гг. Православная Осетия | 43